Пророки мультипликации. Мультипликация — это синтетическое искус, стао, в основе которого, в отличие от других видов кино, лежит не игра живого актера или документально воспроизводимая действитель. ность, а последовательный ряд специально созданных и «оживающих» на экране рисованных, живописных или объемно-кукольных образок, зафиксированных на пленке методом покадровой съемки. Роль актера здесь выполняет скрытый за маской мультперсонажа художник, _в пластических решениях которого должно быть выразительно передано движение, разыграны роли, воплощены характеры и состояния.

Рождение мультипликации неразрывно связано с историей воз­никновения технических приспособлений, позволяющих создать на экране иллюзию движения рисованных и объемных фигур. Но, разу, меется, только постепенно, совершенствуя и развивая свои выразитель­ные средства, подчиняя их определенным социально-эстетическим целям, мультипликация все больше стала осознавать себя как искус, стао, обладающее огромными художественными возможностями.

Интересно, что сам принцип мультипликации был найден задолго до того, как братья Люмьер изобрели свой знаменитый аппарат для съемки и проекции движущихся фотографий, давший имя новому искусству— кино. Молодой бельгийский физик Жозеф Плато, иэу. чаеший природу оптической памяти — законы инерции зрительных

ощущений,— сконструировал в виде эксперимента довольно несложное приспособление, напоминавшее детскую игрушку. Это был картонный диск с прорезанными в нем отверстиями. Когда диск вращался перед зеркалом, отражение изображенных на нем фигурок приобретало способность двигаться, поживало». В Англии приспособление это было усовершенствовано, диск заменен лентой с рисунками, уложенной в специальный барабан, наподобие современной кинопленки. Нечто сходное с прибором Плато почти в то же самое время изобрел и австрийский профессор-геометр Симон фон Штампфер.

Рождение мультипликации связано с именем талантливого фран­цузского художника-самоучки Эмиля Рейно. Соединив в себе способ­ности «физика и лирика», поэтический дар художника и технически изобретательный ум инженера, Рейно с помощью «праксиноскопа»—оп­тического устройства из вращающегося барабана с усовершенствован­ной им зеркальной системой и фонаря демонстрировал парижской пуб­лике свои ленты с незатейливыми, но вполне законченными комически­ми сюжетами вроде «Кружка пива», «Клоун и его собаки», «Бедный Пьеро», «Вокруг кабины» и др.

В «Истории киноискусства» Жорж Садуль рассказывает, что еще до изобретения кинематографа братьями Люмьер Рейно начиная с 1892 года и в течение почти десяти лет давал в Музее Гревен в Париже первые продолжительные публичные сеансы «Оптического теат­рал, в котором использовались цветные движущиеся рисунки, проеци­руемые на экран. Программа каждого сеанса включала несколько лент, демонстрация которых продолжалась 10—15 минут. «Уже тогда,— заме- чае» Садуль,— Эмиль Рейно пользовался техническими приемами, присущими современной мультипликации (рисование движущихся фи­гур отдельно от декораций, последовательные фазы движения на прозрачной бумаге, трюки, цикличность движений и т. п.)»

«Оптический театр» Эмиля Рейно, по существу, был прообразом мультипликационного фильма, но еще не снятого на кинопленку, не знающего метода кинопроекции и современной киноаппаратуры.

Определяя заслуги талантливых изобретателей, с деятельностью которых связано рождение мультипликации, Жорж Садуль справедливо называет Плато и Штампфера пророками мультипликации, а Эмиля Рейно—ее мессией.

Искусство мультипликации родилось. Следующий шаг в его раз­витии был определен созданием и совершенствованием кинотехники, применением метода покадровой съемки.

То, что сделал Эмиль Рейно, было, конечно, лишь утверждением принципиальных основ, прототипом современного искусства мультипли­кации, ставшего самостоятельной областью творчества, какой мы ее знаем сегодня, благодаря чудодейственной технике кино. Но корни этого искусства гораздо глубже, его предыстория начинается значи­тельно раньше.

Мультипликация — искусство молодое и в то же время древнее. И дело тут, конечно, не в том, что мультипликационный принцип совмещения различных изображений, как это часто отмечают историки, открыл задолго до изобретения кино Ньютон. Гораздо важнее, что образный строй, сила художественного воздействия мультипликации основаны главным образом на выразительности движения, на мета­форе и гиперболе, символике и олицетворении, что для нее харак­терны иносказание и та «масштабная» типизация, то сгущение наиболее существенных черт и признаков, которые тесно связаны в нашем пред­ставлении с многовековым опытом и реалистическими традициями народного творчества.

Глубокие корни. Умение рассказать о событиях в последовательно расположенных рисунках и при этом передать выразительность дви­жения характерно для искусства многих выдающихся художников. Интересно, что с этой чертой мы встречаемся уже в творчестве пер­вобытного человека.

«Извечное стремление человека создать подобие окружающего его мира,— писал немецкий теоретик кино Рудольф Арнхейм,— оорело нсвое удовлетворение, когда он научился воспроизводить движение.. Недаром с самого своего зарождения изобразительное искусство было проникнуто стремлением увековечить именно дейст­вия: сцены охоты, битвы, триумфальные шествия, похоронные про­цессии, танцы, празднества» \

Р. Арнхейм глубоко прав, когда он говорит, что «без учета свойств, роднящих кино с другими искусствами, о которых забывают к вящей славе кино, нельзя дать правильной оценки киноискусства. Кино — это лишь новейшая форма воплощения искусства движущихся образов, искусства, не менее древнего, чем все другие и даже чем самый род человеческий»

Рисунки первобытного человека представляют собой одновремен­но и зачатки пиктографической (образной) письменности и начала изобразительного искусства. Элементы художественного творчества, языка, науки здесь еще не расчленены, выступают слитно, синкретич­но. Подобные изображения, которые археологи находят на каменных плитах, на кости и глине, имели, очевидно, огромное общественное значение, так как закрепляли в сознании первобытных людей накоп­ленный опыт, служили средством общения — передачи знаний, чувств, представлений. Они «сопровождают» историю человеческого общества в период каменного века и в более поздние эпохи цивилизации.

Сначала в них фигурируют лишь животные, затем композиции усложняются и с большой экспрессией, наблюдательностью передают сцены охоты, появляются изображения человека.